Сергей ГАВРИЛОВ

Немеркнущий свет музыки Комеды

Со 2 по 6 ноября состоится очередной Берлинский джазовый фестиваль

Шведский тромбонист, композитор и продюсер Нильс Ландгрен завершает свой четырехлетний цикл пребывания на посту художественного руководителя JazzFest Berlin, а главными героями форума на сей раз станут польские джазмены.
Ландгрен еще в прошлом году собирался передать эстафету куратора джазового проекта компании Berliner Festspiele. Но тогда стало известно, что с января 2012 г. она вступит в пору радикального обновления руководящих кадров. И Нильса уговорили «поцарствовать» еще годик, чтобы не привлекать другого специалиста всего на один срок (новая менеджерская команда начнет дело со своими долгосрочными фаворитами). Ландгрен простится с должностью в окружении друзей. Он выступит вместе с биг-бэндом NDR, с которым связан многолетним сотрудничеством. На одну сцену с Нильсом выйдет и его заокеанский друг - легендарный американский пианист Джо Сэмпл, один из основателей группы The Crusaders. В программе JazzFest Berlin и другие звезды джаза - аккордеонист Ришар Гальяно, саксофонист Чарльз Ллойд, басист Стив Сволоу, пианистка Карла Блей, вокалистка Лизз Райт.
В этом году устроители фестиваля решили воздать дань уважения польскому сегменту мирового джазового братства, делегировавшему в сливки этого общества немало талантливых музыкантов. Джазовый десант уроженцев Польши состоит из таких музыкантов, как Томаш Станько, Владислав Сендецки, Лешек Можджер, Адам Пероньчик, братья Олеш, Адам Балдых.
Несколько фестивальных акций посвящено памяти польского композитора и пианиста Кшиштофа Комеды, которому в этом году исполнилось бы 80 лет. Он умер в 1969-м из-за черепно-мозговой травмы, которую получил в результате нелепого несчастного случая. Комеда прославился сочинением новаторской музыки для кинофильмов. Всего за 10 с небольшим лет он снабдил неповторимыми звуковыми образами свыше 40 кинолент. Музыку Комеды с удовольствием использовали такие режиссеры, как Роман Полянский, Анджей Вайда, Януш Моргенштерн, Януш Насфетер, Эдвард Этлер и Ежи Сколимовский.
Однако главной любовью Кшиштофа была джазовая музыка, которую он играл со своими камерными составами. Альбом «Astigmatic», записанный квинтетом Комеды в 1965 г., считается одной из тех работ, которые определили сущность эстетики европейской джазовой композиции.
В первый фестивальный день покажут документальный фильм Клаудии Баутенхоф-Даффи «Комеда - саундтрек жизни». С программами, составленными из композиций Кшиштофа Комеды, выступят Томаш Станько и Лешек Можджер.
Станько играл в квинтете Комеды пять лет и считает эти годы одними из лучших в своей жизни. Недавно он реанимировал свой проект «Litania», который возник во второй половине 1990-х. Тогда партнерами Станько были скандинавские джазмены. Теперь ядро его группы составляют польские музыканты - пианист Марчин Василевски, контрабасист Славомир Куркевич, барабанщик Михал Мишкевич. Я говорил со Станько об этом проекте.

- На мой взгляд, работа над программой «Litania» была для вас чем-то вроде спиритического сеанса, во время которого можно было войти в контакт с духом Комеды.

- Да, вполне можно так сказать. Во-первых, все эти композиции Комеды вызывают у меня много душевных переживаний, потому что это музыка моей молодости - трудная музыка, ее не просто было исполнять в то время. Мне хотелось проверить, как мы сможем сыграть ее сейчас. И вновь для исполнения этой музыки потребовалась максимальная концентрация всего моего исполнительского потенциала, но было очень приятно вернуться к ней. С другой стороны, альбом «Litania» доказал, что над композициями Комеды не властно время, поскольку они и спустя многие годы звучат великолепно. Я бы даже добавил, что с каждым новым исполнением эти темы звучат всё лучше и лучше. Нас постоянно удивляет, что на концертах с программой «Litania» мы с неизменной свежестью интерпретируем написанное в партитуре. Композиции Комеды не являются джазовыми темами в привычном их понимании. В них много от исконно европейских музыкальных традиций. У нас заготовлены последовательности сольных импровизаций, способы создания эмоционального напряжения. Мы имеем дело с партитурами, в которых присутствует завершенная форма. Например, в теме «Night-Time, Daytime Requiem» есть точная последовательность: бридж, соло тенор-саксофона, затем солируют второй тенор-саксофонист и пианист, далее следует балладный фрагмент, потом идут два соло контрабаса. Но, несмотря на такую предопределенность, всё играется очень открыто и разнообразно, поскольку источник вдохновения заложен в самой композиции.

- И раньше, и теперь эту программу с вами в основном играют музыканты, которые лично не знали Комеду. Однако ваша группа звучит так, словно все его участники жили бок о бок с Кшиштофом долгое время.

- Вновь отмечу, что весь секрет в том, что композиции сами по себе очень хорошие. Мне помнится, что Бобо Стенсон (пианист, который ранее играл в группе Станько. - С. Г.) даже не хотел слушать старые пластинки с записью музыки Комеды, поскольку намеревался исполнить эти темы по-своему. Он и впрямь играл их совершенно иначе, но общий результат у нас всё равно получился в духе Комеды.

- Этот проект не является заурядным воссозданием его музыки. Это взгляд на его творчество из нашего времени. Отправная точка проекта - ваши воспоминания, но это совершенно современная точка зрения на очень живую музыку, в которой есть мощный импульс развития.

- Это действительно очень живая музыка. И даже более живая, чем некоторые бибоповые темы, темы Хорэйса Сильвера. Сочинения Комеды, как и композиции Майлса Дэвиса, будут жить вечно. Есть и другие удивительные примеры музыкального долголетия. Например, невероятно живуча музыка Телониуса Монка. Творчество Чарли Паркера тоже 100-процентно живое. Долго будет жить и музыка Джона Колтрейна. Нужно только уметь подбирать шифр к музыке такого рода, чтобы получилась ее новая, яркая интерпретация.

JazzFest Berlin-2011.

02.11.-06.11.

www.berlinerfestspiele.de .

«Европа-Экспресс»
31 Октября 2011, номер 44 (712)