Петр МИНИН

Паника в зрительном зале

Лукашенко снова рвется на Запад

За свою долгую жизнь батька наслушался о себе всякого. Однако на сей раз он был потрясен тоном этих разоблачений.
Вообще говоря, такого в отношениях между Белоруссией и Европой никогда не было. Во всяком случае, в эпоху Лукашенко, а эта эпоха длится так долго, что уже кажется бесконечной. Тем не менее чудо случилось: на страницах пропрезидентской «Советской Белоруссии» была опубликована статья европейского комиссара по вопросам политики добрососедства Штефана Фюле. Под поучающим, чего так не любит Александр Григорьевич, заголовком «ЕС - Беларусь: сотрудничество ради реформ».
На страницах батькиной прессы еврокомиссар призывает власти в Минске воспользоваться теми возможностями, которые открывает программа «Восточное партнерство». Среди важнейших нерешенных проблем автор упоминает «демократию» и «права человека». В обмен на смягчение режима он сулит белорусам снижение стоимости виз, а также соблазняет постепенным вхождением в Европу.
По сути, г-н Фюле не говорит ничего нового. Подобные призывы в адрес Лукашенко звучат с политических трибун и со страниц западных газет в течение многих лет. Новое, повторюсь, заключается в том, что эти слова читают верные подписчики официоза. Всякое сравнение хромает, но невольно вспоминается историческое интервью Маргарет Тэтчер советским телевизионщикам - с чего, собственно, и началась в СССР перестройка.
Правда, в Беларуси перестройка не начнется. В этой стране происходит нечто противоположное: авторитарная власть Лукашенко, всегда подпитывавшаяся его личной паранойей, сегодня обретает черты завершенные. Для страха есть основания, и батька ударяется в панику. Хотя сдаваться, конечно же, не намерен.
Фактором устрашения стало документальное кино. Два фильма, посвященные Лукашенко, которые недавно представили российскому и западному телезрителю телеканалы НТВ и Russia Today. Документалистика эта была вполне бездарной и вторичной, но оттого, пожалуй, еще более ошеломляющей для Александра Григорьевича.
Дело ведь не сводилось к критике: за свою долгую жизнь на минском Олимпе Лукашенко наслушался о себе всякого. Батька был потрясен тоном этих разоблачений. Подконтрольные Кремлю и «Газпрому» российские телеканалы «мочили» его такими словами, какие он слышал только от западных и московских правозащитников, а также от собственных недобитых оппозиционеров. Перед взором главного белорусского телезрителя проплывали лица его бывших конкурентов, и объявлялось имя их убийцы: его имя. Весь компромат, собранный на Лукашенко за годы его правления, был свален в кучу, но эта маловысокохудожественная мешанина всё равно сильно действовала на зрителя. Батька объявлялся предателем интересов российского и белорусского народов. Лузером, способным править только на деньги, которые ему подбрасывает Кремль. Деспотом, который думает лишь о собственной власти. Поклонником Гитлера. Наконец, аморальным типом, бросившим жену и любовницу, с чьим сыном он разъезжает по стране и по заграницам.
Посмотрев это кино, в котором общеизвестной правды содержалось так же много, как мало было вложено таланта, Лукашенко понял главное: в Москве на нем поставили крест. После всех прошедших газовых и нефтяных войн, выигранных им, Медведев с Путиным возненавидели его настолько, что заговорили языком правозащитников. В наскоро сварганенном кино он предстал человеком, с которым «большие братья» больше не желают иметь дело - как с Ющенко или Саакашвили. И кино это показали буквально накануне подписания соглашения о Таможенном союзе. То есть мнение, что реализовывать это соглашение тандем друзей в Кремле желает с кем-нибудь другим, а не с Лукашенко, было высказано впрямую.
И тут, кажется, впервые в жизни он растерялся. Устраивавший ранее скандалы по любым, самым ничтожным поводам, батька вдруг прикусил язык. Правда, в Минске прошла демонстрация местных «наших» против НТВ, пресс-секретарь посольства Белоруссии в Москве назвал обвинения в адрес Лукашенко «кощунственными», а замглавы его администрации Рубинов даже покритиковал Путина с Медведевым, но все эти ответы выглядели жалко. А сам Лукашенко про российскую документалистику не сказал ни слова. Он только попытался напрямую объясниться с российским бизнесом, но президент РФ холодно назвал эти письма «спамом». В таком уничижительном тоне с ним тоже не разговаривал никто и никогда.
Встречаясь у себя в Минске с дорогим гостем Бакиевым, Лукашенко не может не понимать, что он следующий на очереди, и выручает его пока лишь то обстоятельство, что белорусы - народ куда более спокойный, нежели киргизы. Однако имеются разные способы отрешения от власти, и президент, которого обвиняют в смерти оппозиционеров, об этом догадывается лучше всех.
Поэтому в Минск неожиданно приезжает дорогой гость - еврокомиссар Фюле, и на страницах батькиной прессы появляется его скучноватая сенсационная статья. То есть Лукашенко помнит, как он раньше «разводил» Россию, имитируя внезапную любовь к западным ценностям. Впрочем, себя не переделаешь, и уже на встрече с тем же г-ном ­ Фюле он вдруг заявляет:  «Мы не упадем, не будем ползать на коленях ни перед кем: ни перед вами, ни перед Россией, ни перед Америкой». Однако эффект от этой фразы обратный: складывается впечатление, что он вымаливает прощение. И если это так, то остается лишь понять: у кого?

«Европа-Экспресс»
19 Июля 2010, номер 30 (646)