Михаил ГОЛЬДБЕРГ

Час расплаты

Лоббисты бизнеса диктуют свою волю политикам

Хотя непосредственная взаимосвязь между сомнительными пожертвованиями и еще более сомнительным законом вряд ли будет доказана, эта история вновь оживила дискуссию о том, что Германии требуются правила цивилизованного лоббизма.
Совсем недавно, выступая в Штутгарте на традиционной январской встрече германских либералов, председатель СвДП и вице-канцлер Гидо Вестервелле (Guido Westerwelle) под шквал аплодисментов  требовал от своих однопартийцев и от всей страны «духовно-политического обновления».
Не прошло и недели, как аплодисменты сменились насмешками, нелицеприятными газетными комментариями и едкими шутками кабаретистов. Дискуссия, последовавшая за этим, не смолкает и по сей день, докатившись даже до парламента.
Что же произошло? Тот факт, что СвДП была и остается партией, выражающей интересы отдельных социальных групп, очевиден всем, хотя сами либералы это отрицают. Теперь же общественность предъявила партии Вестервелле куда более серьезное обвинение - в том, что интересы этих групп она отстаивает вовсе не бескорыстно. Поводом для подобного обвинения стало недавно обнаруженное пожертвование в размере 1,1 млн. €, полученное либералами от дюссельдорфской фирмы Substantia, принадлежащей одному из богатейших людей Германии барону Августу фон Финку (August von Finck), империя которого включает среди прочего сеть отелей и ресторанов Mövenpick. Несмотря на то что крупнейшее в истории СвДП пожертвование было оприходовано по всем правилам и попало в отчет, направленный президенту Бундестага, оно не могло не вызвать вопросов, поскольку вскоре за его поступлением новая правящая коалиция под давлением СвДП и ХСС приняла закон, снижающий ставки НДС для гостиничных услуг с 19 до 7%. Закон, который большинство экспертов оценило как бессмысленный, обойдется госказне в 1 млрд. € в год. Авторы законопроекта обосновывали его необходимость тем, что приграничные германские отели якобы проигрывают в ценовой конкуренции с зарубежными, которые платят более низкий НДС. Однако как показала выборочная проверка, проведенная Обществом защиты прав потребителей, 80% владельцев гостиниц не намерены снижать цены, предпочитая оставить себе всю дополнительную прибыль.
Пикантности этой ситуации придает и тот факт, что и прочие партии, голосовавшие в Бундестаге за послабления гостиничному бизнесу, получили немалые пожертвования. За шесть дней до выборов еще две фирмы барона Финка перечислили 820 тыс. € на счет ХСС. А о финансовом благополучии ХДС позаботилась гостиничная сеть Columbia, пожертвовавшая партии 100 тыс. €.
Либералы какую-либо связь между законом и пожертвованием, естественно, отвергают, утверждая, что требование снижения ставки НДС для оте­лей партия выдвигала задолго до получения денег от барона Финка. Что же касается упрека в «обслуживании» определенных социальных групп, то председатель отделения СвДП в Шлезвиг-Гольштейне Вольфганг Кубики (Wolfgang Kubicki) уверен, что «каждая партия представляет определенные интересы, иначе достаточно было бы одной партии».
Социал-демократов этот аргумент не убеждает. «Сейчас стало понятно, какой компенсации можно ожидать. В последние годы ХСС и СвДП дегенерировали до состояния чисто лоббистских организаций», - утверждает заместитель председателя парламентской фракции СДПГ Йоахим Посс (Joachim Poß) и требует вернуть сомнительное пожертвование. Еще менее сдержанна в выражениях сопредседатель фракции «зеленых» в Бундестаге Ренате Кюнаст (Renate Künast), которая обвинила СвДП буквально в ограблении государства и потребовала в будущем ограничить размер пожертвований фирм политическим партиям суммой в 50 тыс. €. Еще дальше идут представители Левой партии, выступающие за полный запрет представителям бизнеса финансировать партии.
Все эти высказывания и призывы можно было бы счесть обычной реакцией оппозиции, если бы не критические голоса, звучащие и из проправительственных рядов. Так, бывшая гранд-дама СвДП и бывший статс-министр Хильдегард Хамм-Брюхер (Hildegard Hamm-Brücher), семь лет назад покинувшая партию, считает: «В правительстве СвДП обслуживает интересы определенной клиентуры. Она решает налоговые проблемы определенного слоя, только и всего. СвДП - никакая не общенародная партия, поскольку, к сожалению, не предлагает пути решения животрепещущих общественных проблем. Если это не изменится, то на следующих выборах она получит не более 10%». А некий политик из рядов ХДС, долгие годы занимающий в партии ответственные посты и потому пожелавший сохранить анонимность, на вопрос корреспондента журнала Stern о том, сильно ли влияние лобби на деятельность правительства, с грустью признался: «Еще полгода назад я бы иначе ответил на ваш вопрос, но сегодня скажу „да". Очевидно, в ходе коалиционных переговоров ХСС и СвДП сделали одолжения многим людям, которые до того сделали одолжения им».
Безусловно, пожертвования от бизнес-структур получают и другие партии (за исключением «зеленых», пожертвования которым совсем невелики, и Левой партии, не получающей их вообще). Однако одного взгляда на статистику достаточно, чтобы понять, как концерны расставляют свои приоритеты. Так, в 2007 г. (это последний год, за который имеется полная статистика пожертвований) в рейтинге по объему «подарков» партии располагались следующим образом: ХДС (19,08 млн. €), ХСС (10,67), СДПГ (10,57), СвДП (7,07).
Эльмар Виганд (Elmar Wigand), сотрудник общественного объединения LobbyControl, подтверждает: «С приходом в правительство либералов влияние лоббистов усилилось». Его коллега Хайди Кляйн (Heidi Klein) поясняет, чем это чревато: «Тот, кто имеет деньги и власть, хочет сохранить их или даже приумножить. За бортом остаются те, у кого нет никакого лобби. Следствием этого является дальнейшее расслоение общества на богатых и бедных - до следующего „духовно-политического обновления"».
Это вовсе не голословные утверждения. СМИ чуть ли не ежедневно приносят сообщения, вызывающие вопросы у общественных контролеров. Например, новый министр здравоохранения, либерал Филипп Рёслер (Philipp Rösler), намерен назначить начальником одного из ведущих отделов министерства своего однопартийца Кристиана Вебера (Christian Weber), который на протяжении 15 лет был профессиональным лоббистом интересов частных больничных касс. Одновременно по настоянию Минздрава должен оставить свой пост директор Института качества и экономичности здравоохранения Петер Савицки (Peter Sawicki) - один из немногих непримиримых борцов с безудержными аппетитами фармацевтических компаний, постоянно выбрасывающих на рынок новые, всё более дорогие варианты известных лекарств без каких-либо существенных отличий от препаратов-предшественников. В Министерстве экологии с недавнего времени также поселился бывший лоббист - Геральд Хенненхёфер (Gerald Hennenhöfer), которому новый министр от ХДС Норберт Рёттген (Norbert Röttgen) поручил вопросы безопасности атомных реакторов, несмотря на то что Хенненхёфер долгие годы работал в концернах, эксплуатирующих АЭС, а позже в качестве лоббиста добивался продления срока службы атомных электростанций.
Существует ли способ ограничить влияние бизнес-лобби на принятие политических решений? Общепризнанного пока нет, да и вряд ли он когда-либо появится. Запрет концернам финансировать партии, которого требуют социалисты, таковым уж точно не является - он только открывает путь для еще больших злоупотреблений, поскольку делает куда более сложным обнаружение сомнительных пожертвований (которые не прекратятся, а просто будут разбиты на множество мелких взносов от частных лиц). Запрет партиям принимать пожертвования также был бы контрпродуктивным, поскольку поставил бы важнейшие политические объединения страны в полную зависимость от государственного финансирования. Поэтому пока что политологи и правоведы видят лишь возможность и необходимость ограничения допустимого размера партийных пожертвований до 50 тыс. € в год. Многие европейские страны уже пошли по этому пути. Во Франции, например, партии вправе получать пожертвования лишь от частных лиц в размере не более 7500 € в год (а в избирательные фонды - не более 4600 €). В Испании максимально допустимый размер пожертвования составляет 55 тыс. €, в Голландии - 50 тыс., в Португалии - 10 500, в Италии - 10 тыс., в Польше - 15 минимальных заработных плат, а в Бельгии - всего 500 €. По мнению управляющего делами организации Transparency International Deutschland Кристиана Хумборга (Christian Humborg), в ФРГ вполне можно было бы определить эту границу на уровне 50 тыс. €. В то же время Хумборг, как и Совет Европы, указывает на еще одно обстоятельство: по его мнению, Бундестаг, отвечающий ныне за контроль соблюдения законодательства о финансировании партий, вряд ли может считаться в данном вопросе независимой и незаинтересованной инстанцией.

«Европа-Экспресс»
1 Февраля 2010, номер 6 (622)