Петр МИНИН
Владислав Юрьевич Шекспир
Сурков сочинил роман и удостоился восхищенного отклика в «Известиях»
Автор прикремленной газеты сравнивает кремлевского чиновника с Платоновым и Набоковым. Холуйство как общественное явление становится в России знаковым.
Вот как надо писать рецензии. Сперва про читателя, изголодавшегося по настоящей книге, в то время как «текущий литературный сезон не балует открытиями». Потом, раскручивая интригу, про таинственного «незнакомца» Натана Дубовицкого, опубликовавшего дебютный роман «Околоноля» в спецвыпуске журнала «Русский пионер», редакция которого возрождает традиции «Роман-газеты». А потом, бегло пересказав сюжет новой книги, можно переходить и к эпитетам.
Эпитеты должны быть разнообразными. Во-первых, для завлечения читателя. Во-вторых и в-главных, для того, чтобы автор знал: книга его восхитила рецензента.
Да и как было не восхититься? Роман-то написан так, что не оторвешься: «читается почти как фантастика». К тому же своеобычный «метод Дубовицкого» не спутаешь ни с чьим иным, это - «своего рода театральный реализм, артистическое выпячивание условностей, обнажение бутафории». А где театр, там и люди все - актеры. Кто это сказал?
Это сказал Шекспир, и тут самое время заметить, что «вслед за Шекспиром Дубовицкий отваживается эксцентрично говорить о страшном; ни на йоту не становясь циником, он просто заглядывает в экзистенциальную бездну, где смешное и мучительное не разделены». При этом автору, который написал не просто какой-то роман (кто ж нынче романы не пишет?), но «резюме эпохи», прямо-таки «блестяще удаются сатирические портреты». Тем не менее ошибется тот, кто сочтет Дубовицкого сатириком. Ибо дебютант, как всякий истинный художник, печален, он смеется сквозь слезы. Типа, наверное, как Гоголь или там Булгаков.
Но главное, конечно, не все эти мелочи: сюжет, страшилки и смешилки. Главное - язык, и тут у критика просто дух захватывает, какой же этот Дубовицкий «счастливый обладатель меткого, проникновенного, остроумного и по-хорошему эстетского языка, благодаря которому следующее произведение дебютанта, если таковое появится, будет опознано как написанное именно им, даже если ему вздумается опубликоваться под другим именем». А уровень этой прозы таков, что буквально парит в горних высях и «передается здесь на мало кому доступных набоковских и платоновских частотах».
Ну и напоследок - милая загадка: кто он, этот безвестный Шекспир, великий продолжатель традиций Платонова с Набоковым? Кто он, сей «дебютант-инкогнито», который «вдруг оказался настоящим и нужным писателем, чего уже очень давно не случалось»? Цветы - в студию!
О разгадке, известной рецензенту газеты «Известия», позаботились авторы других российских изданий. Они...
Полную статью читайте в печатном выпуске газеты.
«Европа-Экспресс»
24 Августа 2009, номер 35 (599)
Номер 35 (599)
