Михаил ГОЛЬДБЕРГ
По встречной полосе
Почему имя следующего канцлера ФРГ будет Ангела Меркель, а не Франк-Вальтер Штайнмайер
СДПГ переживает сложные времена. Численность ее базиса подтачивают новые партии левого толка, а ее идеями и методами успешно пользуются консерваторы.
На просьбы журналистов прокомментировать неутешительные для социал-демократов результаты предвыборных социологических опросов и прогнозы кандидат в канцлеры от СДПГ Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) реагирует с плохо скрываемым раздражением. Он указывает на тот факт, что около 60% избирателей еще не определились со своим политическим выбором. Призывает вспомнить выборы 2005 г., когда буквально в последние недели перед голосованием СДПГ вдруг резко начала набирать популярность.
Что ж, предвыборные «чудеса» вроде мощного наводнения или войны в Ираке, сослужившие добрую службу канцлеру Герхаду Шрёдеру (Gerhard Schröder), порой случаются. Пожалуй, лишь нечто подобное способно коренным образом сократить разрыв между социал-демократами и их основными соперниками - блоком ХДС/ХСС. А разрыв этот зафиксировали сразу два опроса, результаты которых были оглашены на минувшей неделе. По данным телеканала ZDF, рейтинг ХДС/ХСС остался неизменным с июля (36%), а популярность СДПГ продолжила падать: за месяц она опустилась еще на один процентный пункт - до 23%. А по данным опроса, проведенного социологическим институтом Forsa по заказу журнала Stern, рейтинг СДПГ упал до 20%, а уровень популярности ХДС/ХСС остался прежним - 37%.
Что бы ни говорили социал-демократы на предвыборных митингах, как бы ни подчеркивали свои претензии на власть, предел мечтаний для них на нынешних выборах - это сохранение «большой» коалиции. Хотя даже этот «успех» большинство наблюдателей считает недостижимым, прогнозируя победу блока ХДС/ХСС в коалиции с СвДП.
Называют несколько формальных причин падения популярности социал-демократов.
Во-первых, недостаточно убедительный кандидат в канцлеры: Штайнмайер долгие годы был «серым кардиналом» и штабным функционером, опыта публичной политики, в первую очередь внутренней, у него мало. Разрыв в персональных рейтингах канцлера и ее основного соперника разителен: по данным Forsa, если бы главу правительства ФРГ избирали прямым голосованием, то за кандидата от СДПГ отдали бы свои голоса 20% избирателей, за Меркель - 56%.
Во-вторых, неубедительный, на взгляд германской прессы, подбор Штайнмайером потенциальных министров. Подчеркивая отсутствие в команде кандидата по-настоящему ярких личностей, одна из газет написала, что вполне может представить себе эту команду в качестве «общегерманского совета трудового коллектива», но никак не в качестве правительства ФРГ.
В-третьих, рейтинг СДПГ немного подпортил скандал с министром здравоохранения Уллой Шмидт (Ulla Schmidt), использовавшей служебную машину во время отдыха в Испании. И хотя Федеральная счетная палата признала, что Шмидт не нарушила закон, вопросы нравственного порядка всё равно остались.
В-четвертых, избирателям показался неудачным Deutschland Plan - представленная Штайнмайером программа будущего социал-демократического правительства. В частности, обещание создать к 2020 г. 4 млн. новых рабочих мест 83% опрошенных (и 68% сторонников СДПГ) сочли нереалистичным.
В-пятых, и в этом основная трагедия социал-демократов, лишь 13% жителей страны считают СДПГ способной справиться с последствиями мирового финансового и экономического кризиса, а 48% больше доверяют партии Меркель. Это парадоксально, но факт. Кризис стал следствием неолиберализма и «дикого капитализма», об опасности которых не устают предупреждать социал-демократы. Все до сих пор предпринятые в мире меры по борьбе с кризисом (конъюнктурные программы, национализация банков, регулирование финансовых рынков, меры по защите от массовых увольнений и т. п.) заимствованы из социал-демократического инструментария. Однако избиратель предпочитает, чтобы эти рецепты воплощало в жизнь консервативное правительство - не как идеологическую доктрину, а как чисто прагматические меры. Именно это и делала до сих пор Ангела Меркель, намеренно уклоняющаяся от каких-либо идеологических дискуссий. Так зачем же тогда избирателю менять коня на переправе? Об этом можно было бы, пожалуй, подумать, предложи СДПГ в качестве альтернативы Меркель харизматичного и заслуживающего доверие политика. Но такого в рядах высшего руководства партии, увы, нет.
В-шестых, положение СДПГ было серьезно подорвано начавшимся в стране два десятилетия назад процессом образования новых партий. И если рождение «зеленых» в первую очередь добавило социал-демократам конкурента на левом политическом пространстве, то создание Левой партии ощутимо оттянуло у них как приверженцев, так и голоса избирателей. Безусловно, рано или поздно СДПГ и Левая партия смогут кооперироваться, а то и объединиться. Однако это всё же вопрос будущего, хотя и обсуждаемый ныне в обеих партиях. По мнению председателя парламентской фракции СДПГ Петера Штрука (Peter Struck), «красно-красная» коалиция на федеральном уровне будет возможна уже в 2013 г. «Это будет зависеть от действующих лиц», - подчеркнул он, явно намекая на нынешнего лидера социалистов Оскара Лафонтена (Oskar Lafontaine), с которым социал-демократы отказываются сотрудничать при любых обстоятельствах. Однако «проблема Лафонтена» вскоре может решиться: недовольство против него зреет и в собственной партии. Особенно негодуют представители новых федеральных земель, заявляя о необходимости во что бы то ни стало предотвратить единоличное руководство «Наполеона с Саара». Подобная опасность существует, поскольку устав партии предусматривает, что с 2010 г. у нее будет один председатель вместо нынешних двух. В связи с этим «бунтари» предлагают либо изменить устав, либо просто забаллотировать Лафонтена, сделав руководителем партии Грегора Гизи (Gregor Gysi).
Понимая, что за пять недель, оставшихся до выборов, симпатии избирателей вряд ли изменятся коренным образом, в СДПГ лихорадочно ищут иные пути. Один из них - изменение...
Полную статью читайте в печатном выпуске газеты.
«Европа-Экспресс»
24 Августа 2009, номер 35 (599)
Номер 35 (599)
