Владимир КОСТИН
Классики волшебник
Исполнилось 20 лет со дня смерти легендарного дирижера Герберта фон Караяна
Мне посчастливилось побывать на одном из концертов с участием Герберта фон Караяна. Это было в 1981 г. в Лейпциге, где я занимался на языковых курсах при местном университете.В начале октября рядом с его главным зданием торжественно открылся Neues Gewandhaus - первый и единственный построенный в ГДР зал, предназначенный исключительно для концертов, где и получил новую прописку известный Gewandhausorchester Leipzig. По такому поводу возле новостройки состоялся короткий митинг в присутствии генсека Эриха Хонеккера, и строители передали ключ главному дирижеру оркестра Курту Мазуру (он возглавлял его с 1970 по 1997 г.).
Этот коллектив был основан еще в XVIII в. В 1780-м городской совет Лейпцига принял решение о передаче оркестру «Дома ткачей» (Gewandhaus), где ранее купцы хранили и продавали свои тканые изделия. Именно в этом здании 25 ноября 1781 г. состоялся первый публичный концерт оркестра. С тех пор за ним закрепилось название Gewandhausorсhester, во многом благодаря ему Лейпциг стал одним из крупнейших музыкальных центров Германии.
И вот к своему 200-му сезону оркестр получил такой хороший подарок - дворец музыки на 1200 мест, с амфитеатром и даже органом! (Акустикой зала занимались специалисты из СССР и Голландии.) В рамках празднования этого юбилея проходила декада концертов зарубежных исполнителей. Были приглашены знаменитые музыкальные коллективы, дирижеры и солисты, в том числе и базировавшийся в Западном Берлине оркестр Berliner Philharmoniker под руководством Караяна, с которым Мазур был дружен более 10 лет. Советский Союз в программе представляли Академический симфонический оркестр СССР под управлением Владимира Вербицкого, а также скрипачи Игорь и Валерий Ойстрахи.
Признаюсь, к страстным поклонникам «серьезной» музыки я не отношусь. Но оказаться в городе, с которым были связаны последние 27 лет жизни Баха, и не послушать, например, его фуги - было бы непростительно! Поэтому уже недели через три после открытия я побывал в Gewandhaus на концерте органной музыки. А увидев позднее на афише имя Караяна, решил сходить и на его выступление, решив, что второй такой возможности не будет. Хотя билетов в кассе уже давно не было, но ведь попытка - не пытка. (К слову, самый дорогой билет на вечера симфонической музыки стоил всего 18 марок ГДР!)
Покорение Альп
И вот вечером 1 декабря, минут за сорок до начала концерта Караяна, я уже стоял возле нового лейпцигского «храма музыки». Точнее, метрах в 100 от него, поближе к трамвайной остановке, чтобы «ловить» выходящих из вагонов людей. В руках я держал картонку с надписью, гласящей, что мне нужен билет: «Suche eine Karte». Люди проходили мимо и качали головой, когда я поворачивал в их сторону свою табличку. Все, очевидно, спешили после работы домой, лишь двое-трое поинтересовались, о чем вообще идет речь.
Вдруг откуда-то сбоку подходит ко мне какой-то мужчина и спрашивает: «Wieviel?» Я отвечаю: «Zwanzig». Он протягивает мне билет, я ему - 20 марок. Увидев банкноту, немец с укоризной посмотрел на меня, спрятал свой билет и молча удалился. Я ничего не понял, но и не побежал вслед. До начала концерта оставалось уже минут 15, а шансов на удачу - всё меньше. Потом я встал поближе к Gewandhaus, но и там «улова» не было. И тут снова увидел того «продавца» - он всё еще, кажется, искал покупателя - и пошел ва-банк: «30 марок!» Очевидно, он уловил мой акцент и сразу спросил: «Откуда вы?» Услышав: «Из Советского Союза», он согласился и даже сказал по-русски: «Карашо!»
Вскоре я уже сидел в зале, где-то на втором ярусе. Моего «спасителя» рядом не оказалось. Как мне потом разъяснили знакомые немцы, он, видимо, просто спекулировал билетами, надеясь продать их за марки ФРГ. В Лейпциге, куда на знаменитую ярмарку весной и осенью приезжали многие тысячи иностранцев, это было не столь необычное явление. Горожанам, например, разрешалось сдавать свои комнаты гостям за валюту. Затем они могли обменять ее на так называемые «форум-чеки» ГДР и отовариться в магазинах Intershop, где продавались дефицитные гэдээровские товары, а также западные изделия, к примеру, кожаные куртки, обувь, джинсы, сигареты, кофе, пластинки, жвачка...
Публика тепло встретила Герберта фон Караяна, уже поседевшего, передвигавшегося тяжелой походкой, а также его музыкантов. В 1955 г., вскоре после смерти своего прежнего руководителя - знаменитого Вильгельма Фуртвенглера, оркестранты Berliner Philharmoniker попросили Караяна стать их главным дирижером, на что маэстро ответил: «Только с условием - пожизненно». На том и порешили. Караян руководил коллективом Berliner Philharmoniker более 30 лет, сделав его одним из лучших в мире. Это была золотая эра для оркестра и его дирижера как в творческом, так и в экономическом отношении. (Впрочем, за это время там случалось всякое, поэтому берлинцы шутливо называли коллектив Zirkus Karajani.)
Но вернемся снова в Лейпциг. В тот вечер берлинцы играли Четвертую симфонию Роберта Шумана, а после антракта - «Альпийскую симфонию» Рихарда Штрауса. Как шутят британцы, есть два золотых правила для оркестра: одновременно начинать и одновременно заканчивать. Публике наплевать, что делается в промежутке. Мне же у Шумана запомнились частые переходы от медленного темпа к быстрому и наоборот. А в музпрогулке Штрауса в Альпы понравилось взятие горной вершины, а в финале - спуск с нее. Было весьма интересно наблюдать за Караяном. За пультом 73-летний маэстро сразу помолодел, был энергичен, и, помнится, дирижировал наизусть, без партитуры. Публика, конечно же, долгой овацией наградила дирижера и его ансамбль.
«Аудиенция» в ресторане
«Музыка, - по словам одного немецкого писателя, - вымывает прочь из души пыль повседневной жизни». Так и я, под впечатлением от концерта Караяна, отправился не в свое общежитие, а в расположенный рядом с Gewandhaus ресторан отеля Stadt Leipzig, где наша группа уже однажды днем пила кофе. В большом ресторанном зале сидели лишь несколько пар. Я заказал какой-то мясной салат и бокал красного вина. И уже расправился с закуской, как вдруг вижу - в зал входят Мазур и Караян! За ними еще молодая женщина азиатской наружности и мужчина лет 40. Высоких гостей тут же встретил кто-то из администрации ресторана и предложил им места в уютном, слегка затемненном углу зала, метрах в 15 от меня. Гости несколько минут листали меню. Наконец выбор был сделан и официант ушел.
«Куй железо, пока горячо!» - глотнув еще для храбрости вина, я встал и не без волнения отправился к их столу...
Полную статью читайте в печатном выпуске газеты.
«Европа-Экспресс»
27 Июля 2009, номер 31(595)
Номер 31(595)
