Даниил ГОЛУБЕВ
Реабилитация стволовых клеток
Появился шанс продвинуться в излечении органических поражений тканей и органов
В этом году, 11 февраля, накануне 200-летия со дня рождения Чарльза Дарвина глава Папского совета по культуре Ватикана объявил, что «теория эволюции Дарвина вполне совместима с христианской верой». А 9 марта в Восточной комнате Белого дома президент США Барак Обама росчерком пера подвел черту под многолетними эмоциональными дебатами о судьбе исследований эмбриональных стволовых клеток и снял правительственное «проклятие» с ученых, занимающихся этой проблемой.
Что же именно разрешил Обама? Это стало ясно из обнародованных 18 апреля «Руководящих правил» для финансируемых государством исследований в области эмбриональных стволовых клеток: их можно изучать, но «источник их получения ограничен эмбрионами, которые выращены в пробирке путем искусственного оплодотворения и в использовании которых больше нет необходимости».
Это огромный шаг вперед, по существу реабилитация человеческих стволовых эмбриональных клеток как объекта научных исследований. Ведь они обладают универсальной способностью дифференцироваться в любые ткани человеческого организма, имеют огромное значение для научных разработок и уже сегодня представляют собой несомненную клиническую ценность. Но запрет на получение стволовых клеток из эмбрионов, полученных другими способами, в частности путем соматического переноса ядра клеток, сохраняется. Это явная уступка религиозным представлениям, присущим разным конфессиям. Сторонники таких взглядов считали и продолжают считать, что для получения стволовых клеток надо обязательно убить живой человеческий организм, каковым, дескать, является, эмбрион с момента зачатия, то есть проникновения сперматозоида в яйцеклетку. Собственно, именно этим и был продиктован запрет на федеральное финансирование работ с человеческими эмбриональными клетками, принятый республиканской администрацией США восемь лет тому назад. Естественно, что подавляющее большинство сторонников такого рода запретов являются противниками абортов.
Но оплодотворенная сперматозоидом яйцеклетка (зигота) не является эмбрионом (последний из нее развивается только на протяжении времени) и никак не может рассматриваться как живой организм, который можно убить. Да и для терапевтического клонирования, то есть для получения и использования эмбриональных стволовых клеток, клонированных соматическими клетками данного пациента и пригодных для попыток лечения конкретного заболевания, никого убивать не надо, и эта техника никакого отношения к абортам не имеет.
Исходным биологическим «сырьем» для получения генетически модифицированных стволовых клеток, пригодных для лечебных целей, являются не человеческие эмбрионы, а неоплодотворенные яйцеклетки, которые по степени своей жизнеспособности ничем не отличаются от соматических клеток кожи, кровеносных сосудов или внутренних органов (легких, печени, почек), используемых при трансплантации, или форменных элементов переливаемой крови. Неоплодотворенные яйцеклетки и в биологическом, и в юридическом плане являются собственностью женщины, в организме которой они продуцируются, и она вправе распоряжаться ими по своей воле, как это делают доноры крови, органов для трансплантации и доноры спермы.
Для терапевтического клонирования из неоплодотворенной яйцеклетки в лабораторных условиях необходимо...
Полную статью читайте в печатном выпуске газеты.
«Европа-Экспресс»
25 Мая 2009, номер 22 (586)
Номер 22 (586)
