Илья МИЛЬШТЕЙН

Синдром отрицания

Российское начальство разуверилось в Победе

Глава МЧС предложил ввести в Уголовный кодекс статью против тех, кто не признает итогов Великой Отечественной войны. Он не подумал о том, что людей, которых можно было бы осудить по этой статье, не существует в природе.
Когда на эту тему заговорил знаменитый всероссийский спасатель, еще можно было не обращать внимания. В конце концов, министра по чрезвычайным ситуациям Сергея Шойгу сограждане ценят не за интеллект или там исторические познания, а за отзывчивость при пожаре и наводнении. Но вот слово взял генпрокурор Юрий Чайка, и новость запахла решеткой. Новость стала, не побоюсь этого слова, трендом.
Направление главного удара такое. Есть некие злодеи, не признающие победу советского народа в Великой Отечественной войне. Среди них - политические противники России. Они до сих пор на свободе. Но если Государственная дума примет закон, карающий за отрицание победы, этих нелюдей можно будет судить по новой статье. И тогда, сказал Сергей Шойгу на встрече с ветеранами в Музее-панораме «Сталинградская битва» в Волгограде, «президенты некоторых стран... не смогли бы безнаказанно приезжать в нашу страну. А мэры некоторых городов, прежде чем сносить памятники, несколько раз подумают об этом».
Глава МЧС пообещал «реализовать эту идею». Чайка откликнулся осторожнее: посадить отрицателей можно, но «при определенных условиях». Адвокат, член Общественной палаты Анатолий Кучерена выразился еще невнятней: мол, «с привлечением широкого круга экспертов, тех очевидцев, которые живы сегодня, мы могли бы... выйти на какие-то законодательные инициативы». Впрочем, решать будут не они, а законодатели во главе с «единороссами», у которых в нижней палате контрольный пакет голосов. Один из депутатов, Владимир Груздев, первый зампред комитета Госдумы с длинным названием, высказался в поддержку Шойгу. Идея, говорит, интересная.
Возникает естественный вопрос: что у российского начальства с мозгами?
Разгадка лишь поначалу кажется простой. Это только при беглом чтении можно сделать вывод, что суверенные VIP-чиновники, возмущенные речами и делами вражеских политиков, нашли способ посадить их в клетку. Хотя вот и Груздев, уточняя мысль Шойгу, полагает, что «по окончании срока своих полномочий они могут быть привлечены к уголовной ответственности». На самом деле по статье, предложенной министром, никого посадить нельзя.
Да, Виктор Ющенко питает слабость к бандеровцам. Глава эстонского правительства Андрус Ансип вынес распоряжение перенести памятник советскому солдату на кладбище Сиселинна. Прибалты вообще считают, что пережили три оккупации: советскую, немецкую и снова советскую. Поляки примерно так же оценивают итоги Второй мировой войны, вдобавок они еще помнят Катынь.
Всё это разные истории. Относиться к ним можно по-разному. На мой взгляд, с прибалтами насчет оккупации и массовых депортаций, как и с поляками по поводу Катыни, не поспоришь, тем не менее эстонские власти напрасно стали воевать с памятниками. Желание украинского президента реабилитировать тех, кто сражался плечом к плечу с нацистами или принимал участие в массовых убийствах, также вызывает некоторую брезгливость. Однако никто из них - ни Ющенко, ни прибалты, ни поляки - не отрицают очевидного.
Вообще ни один человек в здравом уме и твердой памяти не склонен даже предполагать, что Вторую войну выиграл, к примеру, Гитлер. Ни один человек на свете не сомневается в том, что в мае 1945 г. фашистская Германия подписала Акт о безоговорочной капитуляции. Ни один человек на свете не оспаривает итогов Великой Отечественной войны, которую советские войска и союзники победоносно закончили в Берлине. А если и найдется такой «отрицатель», то его следует не судить, а лечить. Поскольку люди, чья душа пребывает в сумеречном состоянии, неподсудны.
Кроме того, мне не доводилось нигде и никогда читать о том, будто кто-то сомневается в победе Советского Союза. Или допускает, что фашистская Германия не была полностью разгромлена в ходе Второй мировой войны. Или полагает, что советские вожди не считали себя победителями. Разве что в ироническом смысле на сей счет высказывался историк Виктор Суворов. Но он имел в виду другое: Сталин, мол, желал захватить и Западную Европу, и тут ему не повезло. Однако и Суворова бранить не за что. Громадье замыслов Сталина его, скорее, восхищает.
Так чем же перемкнуло мозги российским элитам? Выскажу предположение, что во всём виноват кризис. Вот, например, когда кремлевское начальство вставало с колен, то мечты у него тоже были злобные, но оптимистичные. О том, как всех разорвем и замочим. Порой это чувство проявлялось даже в звуках по-детски трогательных, как песня Бориса Грызлова насчет футбольных побед. И только очень жестокие, черствые люди могли тогда называть спикера нижней палаты слабоумным. Люди подобрее просто тяжко вздыхали и не говорили ничего. 
Теперь в подкорке у министров и прокуроров совсем другое. То, что коллега Леонид Радзиховский по другому поводу описывает емким глаголом «просрали». Обозревая текущие цены на нефть, кривую безработицы и состояние казны, простодушный спасатель, а за ним и генпрокурор вдруг сами начинают сомневаться: а была ли победа? А правда ли, что победил советский народ? Или вся российская история - сплошные помрачения и дефолты? Еще в подкорке ворочается «Холокост», за отрицание которого в Европе, как известно, судят. А также «Голодомор», за отрицание которого тот же Ющенко хотел бы наказывать, но пока не нашел поддержки у себя в обществе и в парламенте. Перенимая зарубежный опыт, Сергей Шойгу с примкнувшими к нему товарищами и собираются судить врагов за отрицание победы. Однако выходит у них нечто совсем иное. Довольно глупая и пошлая пародия на европейские законы.
Холокост отрицают патологические антисемиты и подонки. Но даже в отношении этих людей едва ли уместно применение уголовных статей, поскольку речь идет о свободе слова. Разве что за клевету в отношении выживших и мертвых. Голодомор как историческое событие практически никем не оспаривается, здесь дискуссии перешли в политическую плоскость, о чем можно лишь сожалеть. Споры об ответственности за искусственно организованный Сталиным голод, убивший миллионы людей, отравляют российско-украинские отношения, но эти отношения ухудшились не из-за Голодомора. Когда удастся урегулировать конфликты между Москвой и Киевом, проблема решится сама собой. Легко догадаться, что в будущем политики будут оценивать Голодомор точно так же, как сегодня его оценивают историки. Как общую трагедию народов, пострадавших от коммунистической власти. А ныне можно лишь с грустью констатировать, что политика мешает подлинному осмыслению этой трагедии - и в Киеве, и особенно в Москве.  
Что же касается Великой Отечественной войны, то хочется успокоить российское начальство. Красное знамя водружалось над Рейхстагом как символ Победы, на которую никто не посягает. А если кто-нибудь всерьез усомнится в том, что случилось 9 мая 1945 г., то такого человека следует не карать, а жалеть. Прогуливать на свежем воздухе, кормить с ложечки и поить лекарствами. Я бы еще прописал Сергею Кужугетовичу длительный отпуск за государственный счет, теплые ванны и тихие успокоительные беседы, но это уже - область деликатная, для специалистов. Тут важно не навредить.

«Европа-Экспресс»
9 Марта 2009, номер 11 (575)