Д. ШИМАНОВСКИЙ

Круг насилия

Женщины в ФРГ нередко оказываются жертвами рукоприкладства мужей или сожителей

Эта патриархальная «традиция» распространена во многих странах. В России к ней относились снисходительно, порой даже оправдывая: «Бьет – значит любит». В СССР она официально осуждалась, виновных «вызывали на ковер», но толку от этого было мало. В германском обществе жестокость со стороны супруга стала актуальной темой и широко дискутируется, особенно с 1990-х гг., когда стало известно, что каждая третья женщина хотя бы раз в жизни становится объектом издевательств со стороны партнера.
Типичный житейский пример: мой знакомый Олег  Б., устав после ночной смены, жаждет теплой постели в тиши уютной спальни, в то время как его жена грохочет на кухне посудой, с шумом выпроваживает в школу дочь и никак не успокоит плачущего младенца. Не в силах уснуть, муж требует «чего-нибудь пожевать», супруга же угощает его очередными упреками в нежелании помогать по хозяйству. Естественно, вспыхивает ссора, перерастающая в потасовку. Олег сгоряча швыряет на пол жену, которая ударяется головой об угол плиты и теряет сознание…
Доля мигрантов среди тех, кто проявляет жестокость в семье, довольно высока. Этому способствуют нерешенные проблемы трудового и бытового обустройства, злоупотребление алкоголем и наркотиками, а в результате – расшатанная нервная система, закомплесованность и ущербность. Конечно, не только у мигрантов в их нелегких буднях разыгрываются такого рода безобразные сцены. Нередко они возникают и во внешне благополучных местных семьях. В прошлом в Германии считалось, что это сугубо частное дело, в которое общество не должно вмешиваться. Не было даже законов, карающих за подобное поведение. Сегодня юристы дают исчерпывающее определение домашнего насилия: «Злоупотребление силой в супружеских и партнерских отношениях, проявляемое в различных формах: скрытое и утонченное издевательство, игнорирования потребностей и состояния здоровья пострадавшего, включая оскорбление, унижение и запугивание, а также психическая, физическая и сексуальная жестокость, вплоть до изнасилования и убийства».
Между тем, по данным статистики, число зарегистрированных случаев семейного произвола и террора увеличивается. Так, в прошлом году оно выросло на 12% по сравнению с 2001 г. И это при том, что статистика эта далеко не полная, поскольку сфера интимно-личных отношений не располагает к публичным признаниям и не поддается строгому учету. Вместе с тем показатели роста насилия в данной области объясняются также тем, что женщины, чувство собственного достоинства которых в последние годы выросло, всё чаще решаются сообщать о случившемся куда следует.
А таких инстанций имеется немало: светских и церковных, женских, молодежных и правозащитных. Среди них и Консультационный пункт по вопросам насилия в социальной микросреде (Beratungsstelle bei Gewalt im sozialen Nahraum, BGSN), вот уже пять лет действующий в Карлс­руэ благодаря всемерной поддержке городской администрации, при Обществе помощи молодежи. Однако власти округа, откуда в консультационный пункт обращается значительная часть совершивших противоправные действия и их жертв, пока очень слабо участвуют в этой профилактической работе, сожалеет председатель общества Райнгольд Бур (Reinhold Buhr). «Вероятно, в округе сомневаются в целесообразности подобных консультационных пунктов, поскольку, мол, для таких случаев есть достаточно домов для преследуемых женщин, а драчливому супругу можно показать „красную карточку“ – объявить временный запрет на посещение семьи», – добавляет Бур. «Конечно, этими мерами нельзя ограничиваться, нужно идти дальше, – утверждает представитель городской администрации Ханс Ковач (Hans Kowatsch). – Мужьям, допускавшим насилие в семье, необходимо оказывать морально-психологическую поддержку. Им следует эффективно помочь самим разобраться в себе, изменить свой образ мыслей и поведение».
Эту задачу как нельзя лучше выполняет BGSN. Его сотрудник Петер Менке (Petеr Menke) поддерживает самые тесные контакты с консультационными пунктами для женщин и другими социальными службами в Карлс­руэ. «Мы хотим сотрудничать с ними не против мужей или жен, а работая вместе с теми и другими ради блага каждой из сторон, – объясняет он. – Приходится долгое время наблюдать за тем, что и как происходит в семье, анализировать и оценивать, чтобы прийти к правильному выводу и понять, в какой конкретной помощи нуждается женщина и в какой – мужчина. Ведь муж нередко раскаивается в содеянном, но ему просто не хватает выдержки и самообладания, и он не знает, как справиться с собой, чтобы впредь не допускать срывов. Вместе с тем именно жена чаще всего хотела бы сохранить супруга и отца своих детей, несмотря на его агрессивный характер. Но она одна не в силах радикально изменить ситуацию, ей тоже нужны совет и поддержка. Обычно в семейном конфликте, пусть в разной степени, бывают виноваты обе стороны, ибо и жена своим поведением может спровоцировать мужа на агрессию. Кроме того, необходимо учесть, что насилие в доме порой исходит не только от мужчины, но и от женщины».
Идеальными формами работы консультанта являются индивидуальные собеседования с каждым из партнеров в отдельности, а затем – с обоими вместе. Это весьма трудоемкий процесс, требующий высокой квалификации и больших затрат времени. Петер Менке – не просто консультант, он опытный социальный педагог и психолог. Ежегодно ему приходится неоднократно встречаться примерно с 80 лицами, допустившими насилие в семье, а также с их жертвами. А ведь он – единственный сотрудник BGSN и к тому же работает на полставки. Наконец, с теми и другими проводятся не только консультации, но и специальные тренинг-курсы по избавлению от агрессивности – 16 занятий по 3,5 часа по вечерам. На них участники упражняются в выборе конструктивных способов разрешения возможных конфликтов в семье. Иногда слушателей приходится даже провоцировать на насилие, чтобы приучить их подавлять в себе агрессивные импульсы, находить оптимальный выход из стрессовой ситуации. Порой лучше прекратить выяснение отношений и покинуть помещение, избегая дальнейшего обострения ссоры, или обратить всё в шутку, разряжая тем самым слишком высокое напряжение. Путем самовнушения и убеждения можно взять себя в руки и успокоить разгоряченных участников конфликта. «Единого рецепта на все случаи нет, – полагает Менке, – каждый раз возникает иная обстановка. Самое важное и трудное – научиться быть терпимым и терпеливым, понимать и уважать своего спутника жизни, считаться с его интересами, учитывать возможные последствия безответственных слов и опрометчивых действий. Мы хотим воспрепятствовать повторению ошибок прошлого. Наша главная цель – в каждой семье установить мир и согласие».
Специалисты нередко приходят к выводу о необходимости перестройки системы взаимоотношений в проблемных семьях вплоть до развода и попытки создать здоровый супружеский союз без насилия. Особенно там, где речь идет о спасении ребенка от печальной участи свидетеля и жертвы постоянной грубости и жестокости его родителей. По данным социопсихологов, почти 90% лиц, уличенных в систематическом избиении членов семьи, в детстве сами неоднократно подвергались издевательству со стороны как минимум одного из родителей. Так замыкается цепь насилия. Разорвать сей порочный круг – непростая задача для тех, кто имеет к этому прямое или косвенное отношение.

«Европа-Экспресс»
17 Ноября 2008, номер 47 (559)