Василий КИСЕЛЕВ

Хлопок любой ценой

Власти Узбекистана не сдержали слово: на хлопковые плантации снова брошены школьники и студенты первых курсов. Есть уже первые жертвы. Правозащитники призывают к бойкоту узбекского хлопка.
Хлопковая страда в Узбекистане, как всегда, потребовала максимального привлечения человеческих ресурсов. На поля брошены не только военные, милиционеры и пенсионеры, но и студенты со школьниками. И это несмотря на публичные обещания более не привлекать детей к уборке «белого золота».
Не обошлось и без жертв. Как сообщило информационное агентство Uznews.net, 17-летняя студентка первого курса Джизакского педагогического института Умида Донишева покончила жизнь самоубийством на хлопковом поле. Трагедия случилась 7 октября. К тому времени первокурсники работали на сборе хлопка уже почти 20 дней. Девушка, как обычно, вышла вместе со всеми на работу, а чуть позже ее нашли повешенной на дереве прямо возле хлопкового поля. Реанимационные мероприятия результата не дали. По мнению студентов, собиравших хлопок вместе с Умидой Донишевой, к самоубийству ее могла подтолкнуть постоянная критика и укоры со стороны преподавателей вуза и других людей, контролирующих работу студентов. Каждый вечер, по их словам, Донишева была среди группы студентов, которых ругали и поносили за то, что они не справляются с дневной нормой по сбору хлопка.
Интересно, что массовые направления людей на сбор хлопка порождают и массовую коррупцию. Как показали мониторинги, проводимые оперативными группами прокуратуры Узбекистана, в стране вместо сбора хлопка стало модно собирать… деньги. Идея проста и реализуется с одинаковым успехом как в городских, так и в сельских организациях и учреждениях. Человек, которому по разнарядке предлагается выехать на сбор хлопка, просто платит энную сумму вышестоящему начальству. Из расчета две-три тыс. узбекских сумов (1,05–1,57 €) за каждый день, который необходимо провести на хлопковых плантациях. Куда и кому потом уходят эти деньги – на наемных работников или на дачу взятки районным руководителям, отвечающим за сбор хлопка, не так уж и важно. Причем второе более вероятно, чем первое. Не зря же из районов областным и республиканским властям поступают все необходимые справки о количестве людей, принимавших по разнарядке участие в уборочных работах, и о количестве собранного ими хлопка.
Впрочем, иногда доходит и до уголовных дел. Как сообщило Uznews.net, в Пахтаабадское районное отделение Службы национальной безопасности обратилась медсестра центральной районной поликлиники Угилхон Каримова. Она написала письменное заявление о том, что заведующий отделением этой поликлиники Акромжон Тошбоев требует с нее 60 тыс. сумов из расчета по 3 тыс. сумов за каждый из 20 дней, которые она должна провести на сборе хлопка. В противном случае начальник грозил разными неприятностями по работе. В результате совместной операции сотрудников СНБ и районной прокуратуры вымогатели  – Акромжон Тошбоев и старшая медсестра поликлиники по фамилии Нуманова – были задержаны во время пересчета полученных денег. Теперь им обоим грозит лишение свободы на срок до пяти лет.
Ситуация, складывающаяся на хлопковых полях Узбекистана, привлекает внимание международных правозащитных организаций. Как заявил в интервью Uznews.net исполнительный директор Фонда экологической справедливости (Environmental Justice Foundation, EJF) Стив Трент, несмотря на то что в этом году Узбекистан ратифицировал Конвенции ООН «Об искоренении наихудших форм эксплуатации детей» и «О минимальном возрасте для приема на работу», власти опять не смогли обойтись без использования детей на уборке хлопка. По мнению Трента, ситуация была легко предсказуема. С одной стороны, существует национальный план по сбору хлопка, «спускаемый» Ташкентом во все регионы. Реализация плана жестко контролируется. С другой стороны, за годы независимости правительство Узбекистана привело к краху машинно-техническую составляющую хлопководства, превратив советский девиз о механизации ручного труда в его противоположность: зачем машины, когда есть дети?! По данным Министерства сельского и водного хозяйства Узбекистана, 95% узбекского хлопка собирается руками.
Получается замкнутый круг. Для того чтобы запустить программу механизации ручного труда, необходимы огромные инвестиции. Но их не будет, пока государство не предпримет реальных шагов по реформированию экономики и не откажется от принудительного детского труда не на словах, а на деле.
Во всяком случае EJF намерен вновь призвать к бойкоту узбекского хлопка. Стоит напомнить, что подобная акция проводилась и в прошлом году и в ней приняли участие крупные британские и американские компании розничной торговли и производители одежды. По мнению Трента, только ударив по карману узбекских чиновников, которые ежегодно делят между собой почти 1 млрд. долл. прибыли, получаемой от экспорта ценного сырья, можно изменить ситуацию на хлопковых полях.

«Европа-Экспресс»
16 Октября 2008, номер 43 (555)