Сергей АБРИКОСОВ

Неделя научной славы

Нобелевский комитет назвал лауреатов

Традиционная Нобелевская неделя определила ученых, чьи открытия оказали существенное влияние на развитие человечества. Лучшими из лучших в области медицины и физиологии, физики и химии названы ученые из Франции, Германии, Японии и США. Не обошлось и без скандала.
107-я Нобелевская неделя по традиции открылась с присуждения премии в области изучения физиологии и медицины. В своем завещании Альфред Нобель поручил миссию выбора лауреата в этой сфере Каролинскому институту в Стокгольме, основанному в 1810 г. и являющемуся ныне одним из ведущих образовательных и научных медицинских центров мира. Его Нобелевский комитет, состоящий из пяти постоянных членов, в этом году решил разделить премию на две части.

В охоте на вирусы

Одну часть разделили между собой французы Франсуаза Барре-Синусси, профессор Института Пастера в Париже, и Люк Монтанье, президент парижского Института исследования СПИДа. В начале 1980-х гг.  эти ученые занимались изучением проблемы резкого учащения случаев заболевания злокачественной формой пневмоцистной пневмонии. Это заболевание крайне редко встречается у людей с нормальным иммунитетом. У всех необычных пациентов врачи отмечали увеличение лимфоузлов. Отмечено было и то, что большинство из страдающих редким заболеванием оказались гомосексуалистами. Потом к ним добавились наркоманы, пациенты после трансплантации органов или переливания крови. Стандартное лечение не помогало, больные довольно быстро погибали.
Французские ученые предположили, что причиной заболевания являются ретровирусы. И в 1984 г. смогли выделить ретровирус, которому дали название вирус, ассоциированный с лимфоаденопатией. Однако это название не прижилось. Лишь два года спустя вирус получил имя, под которым его сегодня знает даже любой ребенок, – вирус иммунодефицита человека.
Вторая половина премии также связана с ретровирусами. Ее получил немецкий вирусолог Харальд цур Хаузен (Harald zur Hausen) – как сказано в официальном релизе Академии, за то, что он «восстал против существовавшей догмы». В данном случае речь идет о борьбе немецкого ученого против бытовавшего в 1970-х гг.  мнения, что рак шейки матки имеет невирусную форму. Вирусолог же утверждал, что это онкологическое заболевание вызывается бывшим еще неизвестным в то время вирусом папилломы человека (HPV). В 1983–1984 гг. немецкий ученый выделил два штамма папилломавируса – HPV16 и HPV18. Как отмечается в решении Нобелевского комитета, открытие Харальда цур Хаузена позволило разработать новые методы лечения рака шейки матки, который занимает второе место по частоте заболеваемости у женщин после рака груди.

Симметричные частицы

Нобелевскую премию в области физики тоже поделят на части. Правда, получат их японские ученые. Одну половину – 87-летний Йисиро Намбу, который сейчас работает в Америке в Институте Энрико Ферми при Университете Чикаго, – за открытие в области субатомной физики, а вторую разделят между собой 64-летний Макото Кобаяси (Университет Цукуба) и 68-летний Тосихидэ Маскава (Университет Киото) – за открытие в области физики кварков.
Йисиро Намбу еще в 1960 г. сформулировал математическое описание спонтанного симметричного расщепления в области физики элементарных частиц. Его идеи пронизывают наиболее развитую теорию физики элементарных частиц – Стандартную Модель (она описывает электромагнитное, слабое и сильное взаимодействия всех элементарных частиц и не включает в себя гравитацию). Его идеи были продолжены в работах Кобаяси и Маскава, которые в 1972 г. описали модель нарушения симметрии кварками. Лишь в последние годы их открытие смогло получить полное подтверждение благодаря мощнейшим ускорителям элементарных частиц.
Симметричные расщепления, подобные открытым нобелевскими лауреатами, лежат в основе происхождения Вселенной в результате Большого взрыва 14 млрд. лет назад. Как указано в решении Академии, лауреаты премии получили данные, которые позволяют глубже понять то, что происходит в мельчайших узелках материи. В результате Большого взрыва возникли одинаковые количества материи и антиматерии, которые должны были бы уничтожить друг друга. Но, по-видимому, имело место симметричное расщепление – небольшое отклонение от идеальной симметрии. Материи едва-едва удалось одержать победу, и она стала тем зерном, из которого выросла Вселенная. Детали этого процесса по-прежнему остаются загадкой. Возможно, новые пути ее решения ученые узнают с помощью Большого адронного коллайдера, мощнейшего ускорителя частиц, который в этом году запущен в эксплуатацию в швейцарском Церне.

Зелененький он был

Нобелевскую премию по химии 2008 г. разделили трое американских ученых – Мартин Чалфи, Роджер Циен и Осаму Симомура. Как объявил Нобелевский комитет, награда присуждена за открытие и развитие исследований в области зеленого флуоресцентного белка (Green Fluorescent Protein – GFP).
В отличие от большинства флуоресцентных молекул, GFP и его производные обладают гораздо меньшей фототоксичностью и при введении в живые клетки организма не столь сильно понижают их устойчивость к воздействию света. Тем самым GPF дает возможность визуального наблюдения за развитием тканей при пересадке стволовых клеток.
В январе 2006 г. группа исследователей из Национального университета Тайваня объявила о результатах проведенного ею эксперимента по выведению зеленых светящихся поросят. Такие трансгенные животные получились путем введения в ДНК-цепочку эмбриона свиньи зеленого флуоресцентного белка, взятого у флуоресцирующей медузы.
Поросята светятся зеленым цветом в темноте и имеют зеленоватый оттенок кожи и глаз при дневном свете. Выведенные таким образом свиньи стали единственными в мире, у которых даже сердце и внутренние органы зеленого цвета.
Тайваньские поросята – не первый пример подобных экспериментов. Флуоресцентный зеленый протеин уже использовался для выведения в научных целях зеленых мышей, рыбок, малярийных комаров.
На мышах, например, изучали раковые заболевания. Выяснилось, что раковые клетки, внедренные в организм такой мышки, не флуоресцируют, и это упростило наблюдения за развитием заболевания.

Согласны не все

Присуждение Нобелевской премии сразу в двух разделах сопровождалось в этом году скандалами. Во Франции даже создан общественный комитет в поддержку Жан-Клода Хермана. Этот ученый работал в 1980-х гг. вместе с Франсуазой Барре-Синусси, и его заслуги в открытии ВИЧ, считают организаторы комитета, ничуть не менее существенны, чем у его коллег, получивших за это Нобелевскую премию. В качестве доказательства своей правоты его приверженцы приводили, в частности, публикацию из научного журнала Science. Авторами первой статьи, опубликованной в 1983 г., после открытия вируса иммунодефицита, были Барре-Синусси и Херман.
А итальянский Национальный институт ядерной физики вступился за честь Никола Кабиббо. Как указывается в сообщении института, именно Кабиббо разработал основы того, что потом лишь расширили японские лауреаты Макото Кобаяси и Тосихидэ Маскава. Результат их совместной работы носит в физике название СКМ-матрицы (Cabibbo-Kobayashi-Maskawa-Matrix). Интересно получается, ехидно отмечает итальянская La Repubblic, «“K“ и „М“ формулы отмечены Академией, а „C“ почему-то забыли».
Честно говоря, представляется маловероятным, чтобы Нобелевский комитет устранил возникшую несправедливость.

«Европа-Экспресс»
16 Октября 2008, номер 43 (555)