Светлана КУЗЬМИНА

«Говорит Берлин»

Работает выставка, посвященная 75-летию столичного Дома радио

История радио как средства массовой информации в Германии началась 29 октября 1923 г. Первый выход в эфир был больше похож на обычную телефонную связь, хотя технически это была беспроводная трансляция. Программа передавалась из обычного здания на берлинской Потсдамер-штрассе. У первой радиопередачи было не более 400 слушателей, но уже через несколько лет владельцами радиоприемников стали 4 млн. немцев. Удовольствие было недешевым: приемники стоили около 100 марок при средней месячной зарплате 68 марок. Кроме того, за пользование радиоприемником нужно было платить 2 марки в месяц. Но население охотно покупало первые неуклюжие «Грюндиги», «Сабы» и «Телефункены», внимая словам «отца немецкого радио», государственного секретаря Почтового министерства Ханса Бредова, который сказал, что «радио не обязано служить только экономическим целям, а должно осуществлять культурный прогресс, чтобы дать немецкому народу стимул и радость жизни».

А 22 января 1931 г. доктор Бредов выступал на церемонии открытия Haus des Rundfunks (Дома радио) на Мазуреналлее в Берлине. Это массивное кирпичное здание в форме равнобедренного треугольника, облицованное блестящей керамической плиткой, спроектировал архитектор, профессор Берлинского технического университета Ханс Пёльциг. В здании с тысячами окон разместились бесчисленные бюро, студии звукозаписи, концертный зал с великолепной акустикой и внушительное фойе – световой дворик с бронзовой скульптурой работы Георга Кольбе.

Радиовещание в период Веймарской республики было государственным и находилось в ведении Почтового министерства. Ханс Бредов настаивал на аполитичности нового средства массовой информации. Он был убежден, что политическое вмешательство в его деятельность способно привести к краху, потому что радио может стать яблоком раздора партий. В Веймарскую эпоху радиовещание было инструментом воспитания и образования. Радиопрограммы носили познавательный и развлекательный характер. Концерты, музыкальные и детские передачи, научные и образовательные лекции, театральные радиопьесы с удовольствием слушали домохозяйки, студенты, служащие. Со временем приемники появились и в крестьянских дворах.

И всё же пропагандистские возможности радио были быстро освоены политиками. С закатом Веймарской республики и приходом национал-социалистов к власти Дом радио начинает транслировать репортажи с митингов и факельных шествий в честь нового рейхсканцлера Адольфа Гитлера. Нацистская пропагандистская машина во многом зависела от радиотрансляций «гипнотических» речей фюрера, патриотической музыки, репортажей с партийных митингов.

В 1930-е гг. Дом радио накрыла волна «чисток». Многих его сотрудников уволили, а бывших руководителей, занимавших пятый этаж здания, арестовали и в начале августа 1933 г. практически в полном составе отправили в концентрационный лагерь в Ораниенбурге. В июле 1940 г. прекратилась трансляция региональных передач, а здание на Мазуреналлее получило новое название – Центральное радио Великой Германии.

«Отечество говорит „до свидания“» – этими словами заканчивался еженедельный воскресный радиоконцерт по заявкам солдат и офицеров, находящихся на фронтах Второй мировой войны. Песни в исполнении Цары Леандер и Хайнца Рюмана вперемежку с выпусками новостей и приветами от родных и близких должны были крепить связь фронта и тыла. Именно в годы войны радио стало мощнейшим инструментом геббельсовской пропаганды.

Историки Роджер Мэнвэлл и Генрих Франкель пишут о Геббельсе, что его громогласный вклад в дело укрепления власти нацистов был вкладом неизменного управляющего, который хотел быть признанным диктатором гражданской жизни Германии, пока Гитлер контролировал военные действия. «Его сильная, эгоистичная натура требовала постоянных появлений на публике и постоянной лести. Он обожал быть в центре водоворота событий». В архиве сохранился репортаж о встрече министра пропаганды с ветеранами Первой мировой войны: Геббельс вручал им радиоприемники – подарки к Рождеству.

Но далеко не все сотрудники Дома радио оделись в коричневые цвета. Главный диктор европейского вещания Рудольф Гюнтер Вагнер писал и распространял в здании антифашистские листовки, редактор экономического отдела Герта Церна укрывала работавшую под фальшивыми документами сотрудницу-еврейку. 17 июля 1944 г. трое сотрудников Дома радио были приговорены «народным судом» (Volksgerichtshof) к смертной казни за чтение и распространение «подстрекательских» текстов.

Спустя девять месяцев Советская армия стояла у ворот Берлина. Ранним утром 2 мая 1945 г. 18-летний диктор Großdeutscher Rundfunk Рихард Байер, находившийся в подземной студии на Мазуреналлее, сделал последнее за всю историю существования этого радио объявление. Он прочел специально заготовленный текст: «Фюрер мертв. Да здравствует Рейх!» В 9 утра здание было занято советскими солдатами, и майор Попов отдал приказ о взятии под охрану находящегося в нем оборудования и техники. Кстати, он прекрасно ориентировался в Доме радио, поскольку в 1930-х работал здесь в должности техника.

13 мая 1945 г. в Доме радио было возобновлено вещание. В часовой программе прозвучали национальные гимны стран-победительниц, текст Акта о капитуляции фашистской Германии и обращение главнокомандующего Сталина к советскому народу. Затем с обращением к населению города выступил военный комендант Берлина Николай Берзарин.

Через неделю началось регулярное радиовещание Berliner Rundfunk. 19 часов в сутки по радио передавали приказы и распоряжения советской военной администрации, информацию Красного Креста по розыску пропавших без вести, практические советы по налаживании мирной жизни. Девизом и смыслом деятельности всех сотрудников Дома радио стало возрождение антифашистской демократической Германии. 18 мая 1945 г. из большого зала транслировался первый после войны симфонический концерт.

Осенью 1945 г. между союзниками начинается противостояние. Американцы и англичане, не добившись от советского командования согласия на участие в деятельности Berliner Rundfunk, открыли собственные радиостанции. Американцы – RIAS, британцы – Nordwestdeutsche Rundfunk. Пропитанное советской пропагандой Berliner Rundfunk больше никто не желал слушать.

В июне 1952 г. величественное здание на Мазуреналлее было окружено британскими солдатами. «Из дверей здания можно было только выходить, внутрь английские солдаты никого не впускали», – рассказывает Петер Боссе, актер и журналист, посвятивший всю жизнь работе на радио. Сейчас ему 75, а впервые он вышел в эфир в 1934 г., когда ему было только три года – редактор Паула Кнюпфе пригласила его участвовать в детской передаче. «Всё было замечательно, но в 1939 г. началась война. Из-за Нюрнбергских законов я был вынужден покинуть Берлин, – вспоминает Боссе. – Назад мы вернулись осенью 1945 г., и я вновь пришел на радио. Закончил школу театрального мастерства и получил работу как артист. Кроме того, я учился журналистике и стал писать собственные тексты. Здесь я работал до тех пор, пока мы не были вынуждены покинуть здание».

Сотрудники начали перевозить оборудование и технику в Восточный Берлин, и вскоре Дом радио опустел, превратившись в «Дом молчания». Только в июле 1956 г. правящий бургомистр Берлина Отто Зур получил в штаб-квартире советского командования в Карлсхорсте ключи от Дома радио после подписания протокола о передаче здания Западному Берлину. Вскоре оттуда началось вещание Sender Freies Berlin (SFB) – Свободного радио Берлина.

Три года назад Берлин объединил свои усилия с Бранденбургом, произошло слияние SFB и ORB. Сегодня Rundfunk Berlin-Brandenburg объединяет радиостанции Antenne Brandenburg, Fritz, Inforadio, Kulturradio, Radio Berlin, Radio Eins, Radio Multikulti, у которых без малого 2 млн. слушателей. Из 15 студий транслируются новости и репортажи, интервью в прямом эфире и радиоспектакли, симфонические концерты и популярная музыка.

А Петер Боссе после переезда берлинского радио в восточную часть города продолжал работать там до 1991 г., потом основал собственный канал Spreeradio 105,5 и совсем недавно вышел на пенсию. За годы работы он познакомился со многими замечательными людьми, пионерами радио, знаменитыми артистами и политиками. Он много раз бывал в Москве и брал интервью у Давида Ойстраха, у первых русских космонавтов, в том числе у Валентины Терешковой. С ней, как и с мэром Москвы, у Петера Боссе до сих пор сохранились дружеские связи. «Профессия журналиста хороша тем, что она позволяет быть любопытным. Всё знать, всё видеть – это наша работа», – заключает мой собеседник.

За прошедшие 75 лет сотрудники Дома радио были свидетелями и участниками всех событий и катаклизмов немецкой истории: Веймарская республика и мрачные годы национал-социализма, Вторая мировая война и послевоенное противостояние, разделение Германии и ее воссоединение.

Сегодня, проходя бесконечными коридорами Дома радио, мы слышим доносящуюся из-за дверей разноязыкую речь, обрывки передач, репетиции симфонического оркестра в концертном зале. И днем и ночью горят красным светом фонарики над дверями студий: «Тихо! Идет запись!»

RBB – Haus des Rundfunks / Lichthof,
Masurenallee 8–14,
Berlin-Charlottenburg

Выставка «Hier spricht Berlin. 75 Jahre Haus des Rundfunks – 75 Jahre Radiogeschichte». Открыта по 2 апреля. По 30 марта каждый четверг в 16.00 проводятся специальные экскурсии (обязательна предварительная заявка по тел.: (030) 30 31 11 24). Вход свободный.

«Европа-Экспресс»
20 Марта 2006, номер 12 (420)